«Челябинск должен быть таким, чтобы люди сюда ехали, а не наоборот»

— Станислав Иванович, в последнее время довольно часто говорится о том, что Челябинск находится не в лучшем финансовом положении — записи в долговой книге города, опубликованные на сайте комитета финансов администрации, показывают наличие заимствований почти на 3,5 миллиарда рублей. Насколько эта ситуация влияет на жизнедеятельность, на функционирование городского хозяйства?

— Бюджет на самом деле довольно напряженный, но не катастрофичный. И его исполнение, если брать в целом за первое полугодие, близко к запланированному. По налоговым доходам за первые шесть месяцев собрано 43 процента средств от годового плана. Да, это не 50, но, например, налог на имущество физических лиц может выплачиваться вплоть до осени. А по некоторым налогам (тому же НДФЛ) план даже перевыполнили, и эти деньги перераспределены, ушли на благоустройство районов города.

Что же до долговой книги — это текущие обязательства. Напомню, что муниципалитет в рамках Бюджетного кодекса имеет право закладывать дефицит бюджета в размере до 10 процентов от собственных доходов (у Челябинска эта величина — около 11,3 миллиардов рублей). У нас эта норма выбрана лишь наполовину.

Повторюсь: да, бюджет напряженный, но ситуация не критична.

— Но это не бюджет развития.

— Я часто общаюсь с коллегами в рамках «Союза российских городов», и не назову ни одного муниципалитета в стране, у которого бы был «бюджет развития», исходя из собственных доходов или каких-то других источников и преференций.

Есть разный опыт. У муниципального бюджета основной источник наполнения — отчисления по налогу на доходы физических лиц (НДФЛ). И есть норматив, по которому городу должно оставаться не менее 15 процентов от этого налога. Но можно и больше. Например, у Самары этот процент — 30 (к 15 «своим» еще столько же добавил регион). А в Татарстане у Казани эта цифра осталась на уровне 15 процентов. Но зато всю инфраструктуру в столице строит республика. Она же финансирует больницы, детские сады, спортивные объекты. Это всё строится за счет бюджета республики. Какой город сейчас лучше развивается — Самара или Казань — каждый может сделать выводы сам.

Что же до нас — да, у Челябинска не бюджет развития, мы лишь закрываем те потребности, которые определены нашими полномочиями. И нам, скорее, надо включать другие резервы — смотреть внимательно, как, на что, и насколько правильно и эффективно расходуются те деньги, которые есть у города. Например, если мы говорим о благоустройстве, то, может быть, надо лучше контролировать благоустройство, нежели тратить деньги на поддержание той или иной территории.

Есть опыт других городов, например, той же Уфы, которая в последнее время резко добавила именно в благоустройстве, и это стало результатом системной работы, в том числе — в части законодательства. Ну и, конечно, крепко подтолкнул прошедший в этом городе саммит ШОС. Или Тюмень, где с благоустройством тоже все в порядке, и город тратит на эти цели не больше, чем Челябинск.

— С благоустройством, с использованием территории даже в самом центре Челябинска — огромные проблемы, это не так давно показало наше расследование. Свалки, бомжатники, пустыри...

— Прежде всего — у каждой территории в городе должен быть хозяин. К сожалению, правила благоустройства, существующие сегодня в Челябинске, на деле не работают. Точнее, не столько правила не работают, сколько административные наказания, штрафы. В правилах, принятых нами, ответственность прописана. Но из-за пробелов в федеральном законодательстве (это не чья-то вина, а скорее, беда) есть вопросы ответственности за тот или иной участок работы тех или иных органов власти и субъектов хозяйственной деятельности. Убирать так называемые «прилегающие территории» собственник объектов не обязан — это лишь его добрая воля. Понятия же «прилегающая территория» в федеральном законодательстве и вовсе нет.

На мой взгляд, весь Челябинск должен быть поделен на так называемые «имущественные комплексы». У этой земли есть хозяин, который должен нести ответственность за ее содержание. Или инвестор, который собирается что-то строить и огородил территорию забором — значит, должен за забором следить, рядом подметать, и так далее.

Наша задача — обеспечить создание необходимой правовой базы для этого. Чем мы, собственно, и занимаемся. Вышли в Законодательное собрание области с инициативой введения административной ответственности за нарушение правил благоустройства...

— Ну и сколько будут штрафы — тысяч по пять рублей?

— Разные. Для физических лиц — одни, для юридических лиц — другие. Важнее, чтобы эта норма, эта ответственность в принципе появилась, чтобы система заработала на деле. После этого мы хотим, чтобы на территории Центрального района Челябинска прошла инвентаризация, и именно его территория в первую очередь была поделена на имущественные комплексы. А главное — чтобы за каждым таким комплексом был закреплен ответственный, который будет иметь право проводить административную комиссию и налагать штрафы на тот или иной субъект.

— Но проблема даже не в том, что там не убрано, а в том, что эти участки земли в принципе никак не используются своими владельцами, и стоят без движения годами.

— Это скорее вопрос к владельцам и арендаторам, как и для чего эти участки оказались у них. Чтобы подождать или перепродать? Или все же для того, чтобы развивать эту территорию?

Еще раз — должна появиться и заработать СИСТЕМА.

Вот смотрите. Сегодня у нас вся территория города Челябинска полностью «накрыта» правилами землепользования и застройки (ПЗЗ). Теперь, в соответствии с этими правилами нам необходимо всю территорию «накрыть» документами по планировки территории (ДПТ), для того, чтобы было понятно, что на том или ином участке, можно построить.

Сейчас у тех же инвесторов тоже сложная ситуация. Если на тот или иной участок нет документов по планировке территории, а он хочет построить там, например, 24-этажный дом... Правила игры ему непонятны. Сейчас только четверть территории Челябинска «накрыт» ДПТ. Мы к этому идем, но ооочень медленно.

— А почему медленно?

— Потому что деньги. Нужно порядка миллиарда рублей. Мы это обсчитывали примерно год назад, так что может быть сумма даже чуть уменьшилась. Потому что как только у той или иной территории появляется интересант, власти просят его подготовить для себя такой документ за свой счет, иначе он вынужденно не сможет выйти на процедуру публичных слушаний по своему проекту.

— Скажите, но зачем делать всю эту документацию, если у Челябинска в 2020 году (всего-то через четыре года), заканчивается срок действия генерального плана — базового документа, определяющего стратегическое развитие города, а над новым генпланом толком еще и работать не начинали? Ведь именно генплан должен определять базовые принципы застройки тех или иных районов города, а не наоборот...

— Ничего страшного, документы, которые необходимо делать сейчас, будут делаться в соответствии с действующим генпланом. Другое дело, что новый генплан должен разрабатываться параллельно с новой стратегией развития Челябинска. И разрабатываться на срок не меньший чем полтора десятилетия, как минимум до 2030 года. Это все надо делать, до 2020 года, нам просто некуда деваться. Чтобы не опоздать, ближайшие два года и депутатам городской думы, и администрации города придется очень серьезно и плодотворно поработать. Конечно же, планируемый к проведению в Челябинске саммит ШОС наложит свой отпечаток и на будущий генплан Челябинска.

— Само по себе создание такого документа невозможно еще и без учета планируемого развития челябинской агломерации. Не так давно была принята схема территориального планирования агломерации, однако у экспертов и членов Общественной палаты Челябинской области она вызвала ряд возражений...

— Во-первых, я должен сказать вот что. Критики говорят про агломерацию, что, мол, собрали в одну кучу Томинский ГОК и реку Теча. Но есть много людей, кто живет в Копейске или Еманжелинске, а прописаны и работают в Челябинске или в Сосновском районе, и детей там водят в школу или садик. Поймите, челябинская агломерация как таковая уже существует, независимо от нас, и давно, признает это тот или иной район и его глава или нет! Просто процессы её развития никто не определяет и не регулирует. Для того, чтобы эти процессы были понятны и управляемы, мы и занялись этим вопросом.

По вопросу же, почему в состав агломерации входит тот или иной район — все регламентируется очень просто: если ты из той или иной территории можешь за час на общественном транспорте доехать до центра Челябинска — она входит в агломерацию.

Конечно, в процессе работы над созданием агломерации мы набиваем шишки. И сколько еще набьем! Для того и создана рабочая группа при областном министерстве экономического развития. Работа, пусть и не очень заметная, идет. Мы хотим выявить, какие вопросы нуждаются в регулировании на федеральном уровне, как регулировать вопросы развития внутри территорий. Ну, и корыстный интерес присутствует — если наша агломерация попадет в число первых в стране, то наверняка получит серьезное федеральное финансирование тех или иных проектов, прежде всего в части инфраструктуры.

Также важно, чтобы схема территориального планирования агломерации создавалась параллельно со стратегией ее развития.

На мой взгляд, в рамках работы над агломерацией все эти вопросы и ответы должны очень хорошо проявиться. Прежде всего — территории, входящие в агломерацию, конечно же, очень разные по своему потенциалу и по своим особенностям. Самое главное (а иначе просто нет смысла), их совместное развитие должно приносить синергетический эффект, и вылиться в выравнивание условий жизни. И — понятное развитие территорий, прежде всего — в плане градостроительной политики. А не так, как у нас, когда один муниципалитет, район, не согласовав с соседями, отдает огромные земли на границе с другим под застройку большим количеством жилья, до полутора миллионов квадратных метров, без каких-либо социальных объектов. И без понимания, по каким дорогам и как эти люди будут ездить на работу, в какие школы и детсады детей водить и так далее...

— Это вы на западный берег Шершневского водохранилища намекаете?

— (молчание)

— Но разве эти территории не готовятся передать Челябинску? Это вынужденный шаг?

— Вопрос в другом — мы по сути, лишь бьем по хвостам. Потому что не было стратегии, не было согласованного плана-схемы территориального развития...

Та схема терпланирования агломерации, что есть сейчас — она, при всех к ней замечаниях, все-таки сделана в соответствии с федеральным законодательством. Другое дело, что, конечно же, этот документ нужно было больше и лучше обсуждать, в том числе на территориях. Сам процесс написания подобных документов должен быть как можно более публичным.

— В любой стратегии развития территории присутствует момент определенной идеологии. А точнее — ответ на вопрос, какой мы видим, какой должна стать эта территория — город, агломерация, регион. (В случае с челябинской агломерации, кстати, наличие или отсутствие того же Томинского ГОКа или разных вариантов использования Коркинского разреза означают и разные стратегии развития). И главный запрос, который уже давно идет от многих жителей к властям всех уровней — каким власть видит Челябинск, челябинскую агломерацию? Сейчас такого образа будущего, по сути, властями для людей не создано. А у вас, хотя бы лично для себя, есть ответы на этот вопросы?

— Лично у меня — конечно, есть. Можно говорить про, в общем, банальные вещи. Здесь должно быть удобно, комфортно людям. И среда должна быть определенной, понятной. Надолго. Но главное — город должен быть таким, чтобы люди сюда ехали, и оставались здесь жить и работать, а не наоборот. На поколения вперед...

 

По материалам Ob-zor.ru, фотографии Ярослава Наумкова

Цитата дня

  Мы приступили к реализации масштабного проекта партии «Единая Россия» по формированию комфортной городской среды. Она уникальна тем, что предполагает самое активное взаимодействие граждан и депутатов на всех ее этапах.

Станислав Мошаров

Увидели ошибку?

Выделите мышкой текст с ошибкой, а после нажмите ссылку:

«сообщить об ошибке»

или Ctrl + Enter

Ошибка в тексте: